16.10.2019

Главный самолет моей жизни: «отец» лучших в мире истребителей

Интернет-газета «Ридус»

«Ридус» продолжает рассказывать о величайших советских и российских конструкторах, на протяжении десятилетий ковавших воздушный щит страны. 19 октября этого года генеральному конструктору ОКБ Сухого Герою России, лауреату Ленинской премии Михаилу Петровичу Симонову исполнилось бы 90 лет. Вся его жизнь была неразрывно связана с авиацией, и почти 40 лет было отдано работе в ОКБ Сухого. С его участием, а затем под его руководством создавались лучшие в мире боевые авиационные комплексы Су-24, Су-25, Су-27, Су-30, Су-33 и Су-34. Он руководил созданием семейства спортивно-пилотажных самолетов Су-26, Су-26М, Су-29, Су-31, ставших лучшими в мире в своем классе.

Неоценим был его вклад в развитие международного сотрудничества. Настоящим прорывом в 90-е годы стало инициированное Симоновым военно-техническое сотрудничество с Китаем, позволившее выжить и активно развиваться в этот период не только ОКБ, но и многим опытным и серийным предприятиям авиапрома.

Михаил Петрович Симонов относился к плеяде тех людей, которых принято называть «выдающимися конструкторами». В авиастроении нет такой области, где бы его талант, идеи, прозорливость не оставили свой яркий след.

Его конструкторские откровения стали для многочисленных учеников и последователей своеобразным вектором, указывающим единственно верный путь при исследовании неведомого, непознанного, при покорении новых научно-технических, ранее недоступных человеку высот. Михаил Петрович основал научную школу создания боевых маневренных и сверхманевренных самолетов, сформулировал концепцию создания самолетов новых поколений.

Михаил Петрович Симонов — целая эпоха в развитии отечественной авиации. Он обладал видением перспективы и умел пойти на риск ради будущего успеха. Созданные под его руководством боевые самолеты определили на многие годы облик российского военного авиастроения и вывели его на лидирующие позиции в мире. Он сохранил уникальную школу П. О. Сухого, самую сильную конструкторскую школу страны, которая сегодня выходит на новые рубежи создания современной авиационной техники.

Рождение мечты

Михаил Петрович Симонов родился 19 октября 1929 года в Ростове-на-Дону. В этих краях жили родители его матери: дед Михаил — бывший донской казак и его супруга с колоритным именем Клеопатра Харитоновна.

Отец Михаила, Симонов Петр Васильевич, родился в 1906 году в Луганске. В 1942 году погиб в боях под Сталинградом. (Вот почему через много лет рекордный самолет Су-27 имел бортовой номер П-42.) Мать, Симонова Вера Михайловна, родилась в 1906 году в городе Каменске-Шахтинском Ростовской области. Умерла в 1974 году там же.

Семья часто переезжала. Несколько лет они прожили в подмосковном поселке Быково, где был аэродром. Именно там Михаил с интересом разглядывал самолеты на взлете и посадке. Наверное, здесь и родилась у него мечта о небе.

Вот почему он поступил в Казанский авиационный институт, преподавал в нем и возглавлял лабораторию. В 1959-м стал инициатором создания ОКБ спортивной авиации при КАИ, где был главным конструктором и одновременно инструктором и летчиком-буксировщиком. Под руководством М. П. Симонова тогда были созданы первые в СССР цельнометаллические рекордные планеры КАИ-11, КАИ-12, КАИ-14, КАИ-17, КАИ-19.

Те, кому довелось работать под непосредственным началом Михаила Симонова, отмечали его отличительную черту — способность принимать неожиданные решения, которые поначалу представлялись почти абсурдными, но на самом деле, как оказывалось позже, носили судьбоносный характер.

В ОКБ Сухого

В конце 1960-х годов Михаил Симонов, приехавший в Москву для решения ряда проблемных рабочих вопросов, попал в поле зрения министра авиационной промышленности П. В. Дементьева, и тот сыграл в его дальнейшей судьбе немаловажную роль. В июне 1969 года Михаил Симонов назначается заместителем главного конструктора долгопрудненского КБ автоматики, а буквально через восемь месяцев в аналогичной должности попадает «под крыло» к гениальному конструктору Роберту Бартини.

Неполный календарный год ученичества у «красного барона» во многом стал для будущего генерального конструктора основой для формирования его концептуально-технического мировоззрения. Многие высказывания Бартини стали для Симонова своеобразными маяками в его дальнейшей деятельности.

В 1970 году он становится заместителем главного конструктора в ОКБ Сухого и в течение девяти лет дорастает до должности первого заместителя генерального конструктора.

Симонов в ОКБ стал заниматься испытаниями и доводкой фронтового бомбардировщика Су-24. Испытания отставали от графика на полтора года. Министр П. В. Дементьев сказал: «Справишься — человеком будешь! Надо нагнать сроки и устранить отставание».

С этой задачей Симонов справился, и довольно успешно. Вот что говорилось в наградной характеристике на конструктора: «Михаил Симонов в качестве руководителя испытаний проявил себя как прекрасный организатор и блестящий ученый-исследователь. Его вклад в создание, совершенствование и внедрение в серийное производство и эксплуатацию сложнейшего боевого самолетного комплекса Су-24 был от­мечен присуждением ему Ленинской премии в области науки и техники».

На Западе появление Су-24 оценили следующим образом: «Обладая превосходными характеристиками по показателю „боевая нагрузка — радиус действия“, самолет способен осуществлять полеты в режиме следования рельефу местности и наносить удары, значительно превосходя другие военные самолеты фронтовой авиации. Су-24 оказывает существенное влияние на военное равновесие».

Су-24 был тогда единственным многоцелевым ударным самолетом, выполняющим задачи, свойственные истреби­телю-бомбардировщику, штурмовику и фронтовому бомбардировщику. Страшный для Запада самолет после всесторонних испытаний в апреле 1975 года был принят на вооружение ВВС.

Эпопея Су-27

Осенью 1975 года скончался основатель КБ — Павел Осипович Сухой. Приказом по министерству в феврале 1976 года Михаил Симонов назначается на должность главного конструктора.

Су-27, над которым КБ Сухого работало с конца 1960-х годов, задумывался как ответ на появление в США истреби­теля F-15. Однако по мере того, как наш самолет приближался к испытаниям и серийному выпуску, становилось ясно, что американские конструкторы, активно модернизировавшие свой самолет, достигли заметных успехов. F-15 приобрел новые качества, делавшие его более мощным, нежели первые его образцы. Об этом говорили даже материалы от­крытой печати — в американских журналах, например, было опубликовано, что на F-15 увеличены емкость баков, количество ракет на внешней подвеске и т. д.

М. П. Симонов понимал, что те требования, которые выдали военные при заказе самолета, устареют в первые год-два. В понимании противостояния тоже произошли пере­мены: соотношение 70/30 — процент дальних ракетных боев к ближним, по мнению науки, изменился на 30/70. Маневренность становилась приоритетом.

Состояние проекта, если решать дело капитально, а не «отбывать номер», согласившись на удовлетворительное выполнение задания, требовало «хирургического вмешательства». Список необходимых изменений по уже готовому самолету достиг у М. П. Симонова 21 пункта.

В ЦАГИ к идее переделки уже готового истребителя отнеслись, мягко говоря, прохладно. Помощь пришла издалека — из Новосибирска, где работал институтский товарищ Михаила Симонова Станислав Кашафутдинов, который слыл одним из самых грамотных аэродинамиков в СибНИА. Он согласился рассчитать и продуть новую модель самолета, привезенную ему М. П. Симоновым. Результаты новосибирских ис­следований показывали, что создатели нового Су на правильном пути.

Однако существует легенда о том, что Кашафутдинов и СибНИА были здесь ни при чем. По просьбе Симонова аэродинамику Су-27 якобы пересчитали в ОКБ Микояна по образу и подобию МиГ-29. Так ли это было, история умалчивает, но истребитель Су-27 получился уникальным.

Вот что говорил Герой Советского Союза маршал авиации Иван Пстыго: «Михаил Петрович при создании Су-27 смог пробить мощное неприятие и противодействие на самых разных уровнях: в КБ, НИИ, министерстве и т. д. Все они были против нового проекта. За время внедрения в серийное производство, когда многократно вносимые изменения в конструкцию самолета могли нарушить планы серийного завода, неоценимую помощь оказал руководитель КнААПО, генеральный директор этого предприятия Владимир Николаевич Авраменко».

Известно, что первый полет самолета Су-27 был выполнен шеф-пилотом ОКБ Владимиром Ильюшиным 20 мая 1977 года. В конструкторском бюро знали, что снимок первого выкатывания Су-27 на аэродроме Жуковского не остался незамеченным — американский спутник-шпион зафиксировал руление и взлет нового советского истребителя, но сейчас это было уже не страшно: это были данные по старой версии Су-27.

20 апреля 1981 года тот же Владимир Ильюшин поднял в воздух опытный образец самолета Су-27 в новой версии, на которой впоследствии будет установлена целая серия мировых авиационных рекордов.

Выпуск в свет нового варианта Су-27 произвел фурор в авиационном мире, и Государственная премия создателям чудо-машины вполне заслуженно увенчала их успех. Этот истребитель и по сей день продолжает удивлять специалистов все новыми возможностями, которые воплощаются во все новые модификации.

Кто сильнее: Су-27 или F-16

Су-27 значительно превосходит американский «аэродинамический эталон» — самолет F-16. Первые же попытки F-16 норвежских ВВС сопровождать над просторами Баренцева моря Су-27 оказались полностью несостоятельными. Они не смогли держать строй с Су-27, летящим в крейсерском режиме. Американскому самолету из-за худшей аэродинамики не хватает бесфорсажной тяги двигателя, и он резко отстает от Су-27. Включение же форсажа приводит к резкому увеличению расхода топлива. В итоге такие дерганые попытки держать строй заканчиваются быстрой выра­боткой топлива и срывом сопровождения «цели».

Су-27 — выдающийся истребитель, не имеющий себе равных по маневренности, дальности полета и боевой эффективности. Благодаря отличным летно-техническим и эксплуатационным характеристикам самолет по праву пользуется большой популярностью у летчиков и инженерно-технического состава. Все, кому хоть раз довелось поднимать в воздух Су-27, отмечают простоту управления им: в первом же полете пилоты все делают сами практически без вмешательства инструктора. Демонстрация пилотажа на Су-27 неизменно вызывает восхищение у зрителей.

Летом 1992 года звено Су-27 по договоренности с американской стороной совершило посадку на авиабазе Лэнгли, где базируются лучшие истребители США.

После знакомства наши летчики предложили провести учебный воздушный бой. Американцы заколебались — устраивать дуэль над аэродромом на виду у журналистов... Вызов был принят с условием, что бой состоится в 200 км от берега над Атлантическим океаном.

Схему учебного боя выработали достаточно простую. Для начала Су-27 должен удержаться на «хвосте» у F-15, затем самолетам предстояло поменяться местами. Американский F-15 на полном форсаже попытался оторваться от нашего истребителя, но ему это не удалось. На минимальном форсаже Су-27 легко «достал» американца. Поменявшись местами, Су-27 сразу же ушел от F-15 в развороте с набором высоты. Сделав несколько маневров, он пристроился американцу в «хвост».

Пилот F-15 потерял наш истребитель из виду. Он беспомощно обратился по радио к летчику самолета-наблюдателя: «Где „Флэнкер“ [кодовое на­звание Су-27 по классификации НАТО]?» «Он за тобой», — последовал ответ. Все попытки американского аса оторваться окончились неудачей. Наш летчик надежно держал его на ракетном прицеле.

Прав был американский пилот, когда, увидев в 1989 году в Ле Бурже, как Виктор Пугачев делает «кобру» на Су-27, сказал: «Если эта „птичка“ встретится мне в бою, я вынужден буду катапультироваться».

Инженер и ученый

Способность к риску, поиск неординарных решений, удивительное инженерное чутье всегда отличали творческий почерк конструктора Михаила Симонова. Эти воззрения Михаил Петрович очень четко сформулировал в своей докторской диссертации, где вывел три основных своих принципа. Во-первых, если ты взялся создавать самолет, то он должен быть лучшим в мире. Во-вторых, все его решения должны быть самыми лучшими. И, в-третьих, если мы имеем лучшие решения, то мы должны иметь решимость и волю их реализовать.

Симонов был не только гениальным конструктором, но и остроумным человеком. На одной из пресс-конференций он так ответил на вопрос западного журналиста о том, почему ОКБ Сухого проектирует и строит истребители, превосходящие по всем характеристикам западные военные самолеты: «Приятно и весьма интересно, что американская пресса интересуется жизненно важными для нас вопросами. Однако вынужден сделать одно небольшое замечание. Американцы считают, что мы сделали в свое время Су-24, конкурируя с „Дженерал Дайнэмикс“ и их бомбардировщиком F-111. Они также убеждены в том, что штурмовик Су-25 мы построили в противовес вашему A-10. А в случае с Су-27 тут и вообще деваться некуда — конкурировали с вашим F-15 „Игл“...

Все это — чепуха! Названные самолеты созданы в ОКБ Сухого с одной-единственной целью — победить в конкуренции... генерального конструктора МиГа Ростислава Белякова...»

В 1998 году генеральный конструктор стал лауреатом премий правительства РФ в области разработки и создания новой техники. Однако любопытным является тот факт, что М. П. Симонов дважды (в 1997 году — по самолету Су-27 и в 2003 году — по самолету Су-26) удостоен Государственной премии РФ в области... литературы и искусства в номинации «Технический дизайн».

Заслуги доктора технических наук, академика Инженерной академии М. П. Симонова в развитии мировой авиации признаны не только у нас в стране, но и за рубежом: 8 апреля 1998 года ему присуждено почетное звание «Человек-легенда авиакосмической промышленности», его имя представлено в Галерее славы в Национальном музее авиации и космонавтики в Вашингтоне.

Генеральный конструктор ОКБ Сухого М. П. Симонов стал Героем России, и это высокое звание ему присвоено «за мужество и героизм, проявленные при создании и испытании современной авиационной техники».

Самолеты с маркой «Су» эксплуатируются во многих странах земного шара, и интерес к ним не уменьшается. Президент РФ В. В. Путин в августе 2002 года, интересуясь новыми разработками, посетил ОКБ Сухого. Он даже выполнил полет на самолете Су-27УБ. В 2009 году другой российский президент — Д. А. Медведев — совершил полет на новейшем боевом самолете Су-34.

М. П. Симонов умер от тяжелой болезни 4 марта 2011-го в возрасте 81 года. Похоронен на Новодевичьем кладбище. На здании школы в городе Каменске-Шахтинском Ростовской области была открыта мемориальная доска. Такая же доска была установлена и в Москве в Конаковском проезде, где с 1988 по 2011 год жил М. П. Симонов, и в Казани у главного входа в здание ОАО Научно-производственное объединение «Опытно-конструкторское бюро имени М. П. Симонова». Там же был установлен памятник конструктору.

Десктоп версия